214 Исследование Тридентского собора
РАЗДЕЛ IV
Четвертый разряд преданий
1. Четвертый разряд преданий связан с истолкованием, истинным смыслом, или надлежащим пониманием Писания. Из [творений] Иринея и Тертуллиана очевидно, что их спор с еретиками касался не только [самих текстов] Писания, но также их истолкования, или понимания. Тертуллиан сказал: «Эта секта, даже если и принимает Писания во всем их объеме, все же искажает их, изобретая различные истолкования. А ложное истолкование мешает истине так же, как и тот, кто искажает текст». Еще он добавил: «Там, где присутствует различие в учении, нам следует подозревать искажение как Писания, так и истолкования».
Ириней показал, что еретики истолковывали Писание не так, как оно звучит в ясных и простых изречениях, но сочиняли ложные и чуждые учения на основании образных, иносказательных и неясных фрагментов, отходя с их помощью от ясных и очевидных текстов. Они также заявляли, что получили эти истолкования из преданий, которые были переданы не письменно, а устно. Ириней сказал об этом в кн. 3, гл. 2, в кн. 2, гл. 35, и в последующих главах. Тертуллиан отметил: «Они основываются на том, что происходит из двусмысленности». Поскольку еретики в этом споре о законном истолковании или истинном и естественном смысле Писания прикрывали свои толкования именем преданий, Ириней и Тертуллиан обратились к истинному преданию Церкви. Ибо нет никакого сомнения в том, что первоначальная Церковь приняла от Апостолов и от апостольских мужей не только текст (как мы говорим) Писания, но и его законное и естественное истолкование. И поскольку первоначальная Церковь сохранила это истолкование до того времени без фальсификации, так что она могла доказать на основании надежных документов, от кого приняла его, и могла возвести это истолкование к самим Апостолам, это действительно весьма способствовало укреплению благочестивых умов против еретических искажений.
2. Но прежде чем двигаться дальше, нам следует вернуться к самой сути в этой нашей дискуссии о преданиях, а имен-
О преданиях
215
но действительно ли Ириней и Тертуллиан в этом споре об истолковании Писания выдвигали какие-либо догматы или толкования, основанные на предании, выходящем за пределы Писания. В кн. 4, гл. 63, Ириней ясно указал, что законное истолкование [происходит] в соответствии с Писанием. В кн. 2, гл. 46 и 47, он указал ряд правил толкования Писания, из которых становится ясно, в чем заключается истинное апостольское предание об истолковании Писания.
1. Он сказал, что здравым и не ведущим к погибели значением является то, которое ясно и недвусмысленно дано в самих утверждениях Писания. При этом он добавил: «Все Писания, как пророческие, так и евангельские, могут быть услышаны одинаково, ясно и недвусмысленно всеми» Он также сказал: «Мы имеем в качестве правила саму истину и свидетельство, явленное Богом», или, как сказал Августин, «в ясных изречениях Писания мы находим все содержание веры и нормы жизни».
2. Но сказанное в Писании притчами, не ясно, не открыто и не без противоречий, не следует истолковывать противоположно тому, что сказано ясно, и из этого не следует выводить ничего не поддающегося доказательству на основании других фрагментов, в которых употреблен ясный язык. Потому он одобрял упражнение в исследовании этих неясных фрагментов, но таким образом, чтобы мы не отступали от ясно изложенных сообщений, то есть он желал, чтобы темные места Писания истолковывались на основании тех и в соответствии с теми, которые изложены в Писании совершенно ясно.
3. Он желал такого истолкования, чтобы тело истины оставалось целым, в согласии всех членов и без резких противоречий. То есть толкователь должен представлять себе все тело учения, переданного в Писании, дабы истолкование не противоречило ему. Судя по всему, он желал того же, о чем сказал Тертуллиан, - чтобы меньшее истолковывалось на основании большего и чего Павел потребовал в Рим. 12:6 - чтобы пророчество согласовывалось с аналогией веры.
4. В Писании присутствует много тайн, которые мы не можем уразуметь по нашей нынешней немощи. Поэтому он сказал: «Если мы не можем найти разрешение всего того, что должно быть решено в Писании, не будем искать по этой причине иного Бога», то есть как он сказал прежде, «не будем отступать от того значения, которое провозглашено в Писании ясно. Итак, по благодати Божией познаем в Писании нечто,
216 Исследование Тридентского собора
но прочее предадим Богу не только в этом мире, но и в грядущем». И, наконец, он заключил: «Предав таким образом Богу некоторые вопросы, мы сохраним и нашу веру, и все дарованное нам Богом Писание откроется нам в согласии с самим собою — притчи будут согласовываться с тем, что изложено ясно, а ясными утверждениями изъяснятся притчи. Во многих способах изложения мы различим единую гармоничную мелодию».
3. Я выделил здесь эти истолковательные правила Иринея, с одной стороны, потому что они полезны, прекрасны и взяты из апостольского предания, а с другой стороны и главным образом - дабы показать, что древнее предание апостольской и первоначальной Церкви об истолковании Писания не уводило людей прочь от Писания и не создавало в процессе истолкования никаких догматов вне и за пределами Писания, не подлежащих доказательству никаким свидетельством Писания, но что здравое значение Писания устанавливалось и выводилось из самого Писания и в соответствии с Писанием.
4. С апостольским преданием об истолковании Писания связано также то, что Ириней и Тертуллиан передавали и показывали, когда в вопросе истинности истолкований они обращались к преданию Апостолов, которое до тех времен сохранялось по церквам в чистоте. Они передавали и рассказывали, что это предание представляет собой, а именно -символ или правило веры, чьи слова мы выписали в разделе о третьем роде преданий. В них нет ничего кроме, вне и сверх Писания, но, как Ириней сказал о предании Поликарпа, «Все согласуется с Писанием».
5. Эти подлинные, древние и истинные предания Апостолов мы принимаем с глубочайшим благоговением. Ибо мы исповедуем, что принимаем в истинной вере все пророческие и апостольские книги, в их надлежащем значении, как это изложено в Апостольском, Никейском и Афанасьевском символах веры. Мы также твердо отвергаем все дикие выдумки, противоречащие Символам веры и отвергнутые истинными суждениями Церкви. Тертуллиан назвал Символ правилом веры, в соответствии с которым, если это сохраняется и поддерживается в надлежащем виде, можно изучать Писание и исследовать в нем то, что кажется двусмысленным или неясным. Так, Августин, приступая к толкованию Бытия, поместил в начале артикулы веры, дабы не говори-
О преданиях
217
ли, что он заблуждался в изъяснении сложнейших вопросов, ибо он не говорил ничего противоречившего этому правилу веры, но лишь то, что согласуется с ним, даже если он и не достигал значения и сокровенного смысла слов повсюду, или не рассматривал вопросы во всей их полноте.
Также Ириней, кн. 1, гл. 3, сказал о том правиле веры, которое мы описали выше: «Одаренные красноречием руководители Церкви не скажут ничего отличающегося от этого, а косноязычные не унизят предания». В гл. 4 он перечислил, в чем состоят, так сказать, основные моменты объяснения для более наставленных, это: исследование сказанного в притчах и соединение их содержания с содержанием истины; исследование падения ангелов и людей; рассмотрение того, почему единый Бог сотворил временное и вечное, земное и небесное; почему невидимый Бог являлся в Ветхом Завете то в одной форме, то в другой; каковы различия между Ветхим и Новым Заветами; почему Бог заключил всех в неверии, чтобы умилостивиться над всеми; почему Слово Божие стало плотью и почему Оно не явилось в начале, но лишь в последние времена; рассуждение о конце мира; о грядущих событиях, предсказанных в Писании; о воскресении, призвании язычников и т. д.
6. Поскольку мы принимаем все то, что Ириней и Тертуллиан указали в предании Апостолов относительно законного истолкования и истинного смысла Писаний, нас невозможно обвинить в небрежении или отвержении истинных, подлинных и древних апостольских преданий. Но мы исповедуем, что отвергаем то, что присваивают себе паписты, ибо они желают, чтобы мы просто принимали любые истолкования, которые они навязывают нам, [извлекая] их из ларчика (scrinio) папского сердца или из постановлений церковных прелатов, без ясных и надежных доказательств и подтверждений Святого Писания. Ибо это не часть апостольского предания, как мы уже показали.
Комментарии