ТЕМА ПЯТАЯ
О том, была ли пресвятая Дева зачата без первородного греха
Приложение к Постановлению пятой сессии Тридентского собора
Однако сей же святой собор провозглашает, что в его намерения не входит включать в это постановление, посвященное первородному греху, пресвятую и непорочную Деву Марию, Матерь Божию и что установления блаженной памяти Папы Сикста IV должны соблюдаться под страхом наказания, указанного в этих установлениях, которые утверждаются вновь.
Исследование
1. Когда Писание повествует о первородном грехе, оно делает исключение лишь для одного Человека, Иисуса Христа, Который, будучи зачат от Духа Святого, не знает греха. «Таков и должен быть у нас Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников», и эти качества более наглядно выражены по-гречески: άκακος, αμίαντος, κεχωρισμβνος από των αμαρτωλών (Евр. 7:26). В отношении всех прочих людей, рожденных от близости мужчины и женщины, оно содержит общее утверждение, не имеющее исключений, Рим. 5:12: «Посему, как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, [потому что] в нем все согрешили»; 1 Кор. 15:22: «Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут»; Еф. 2:3: «Мы были по природе чадами гнева, как и прочие».
2. Тому же учила и древняя Церковь. Августин, De natura et gratia, гл. 36, сказал: «Относительно же Девы Марии, ради чести Господней, я не желаю иметь никаких сомнений в вопросе о грехе. И мы знаем, что ей даровано больше благодати для преодоления греха во всем, ибо она была достойна зачать
341
342 Исследование Тридентского собора
и родить Того, о Ком безусловно известно, что Он не имеет греха...» Они искажают это так, словно бы Августин полагал, что Мария не подпадает под утверждение Писания о первородном грехе. Однако, поскольку он ясно сказал, что благодать была дарована Марии для победы над грехом, вполне очевидно, что он не думал, будто Мария была зачата без греха, ибо в таком случае отсутствовала бы необходимости в даровании ей благодати для его преодоления. По этой же причине он повсюду говорил о всеобщности первородного греха, исключая лишь Христа.
В De fide, ad Petrum, гл. 23, он указал: «Безо всяких сомнений твердо придерживайся того, что всякий человек, зачатый через совокупление мужчины и женщины, рождается с первородным грехом, подвержен нечестию, подвластен смерти, а потому рожден чадом гнева по природе».
В De nuptiis et concupiscentia он засвидетельствовал: «Христос избрал рождение не от соития, дабы уже самим этим фактом научить нас, что всякий рожденный от соития является грешной плотью, ибо лишь рожденное не от плоти не является грешной плотью».
Амвросий, комментируя Луку, сказал: «Ибо из всех рожденных от женщины лишь святой Господь Иисус не воспринял заразы земной развращенности из-за уникальности его непорочного рождения».
Тот же автор, комментируя Исайю, заметил: «Каждый человек - лжец, и никто не свят, кроме Бога. Поэтому признано, что никто из родившихся от мужчины и женщины, то есть через общение их тел, не бывает непорочен. Но тот, кто непорочен, не имеет и такого зачатия».
Августин указал, что всякий думающий иначе противопоставляет себя Писанию. В De perfectione justitiae он написал: «Всякий, кто думает, что существует или существовал такой человек, кроме единого Посредника между Богом и людьми, для которого отпущение грехов не было бы необходимым, противоречит Божию Писанию, в котором Апостол сказал: "Посему, как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили "74».
И в Contra Julianum, кн. 5, гл. 15, он провозгласил это ересью, сказав: «Если несомненно плоть Христа не является
74Рим. 5:12.
О зачатии пресвятой Девы
343
грешной плотью, но подобна грешной плоти, почему мы не можем признать, что, кроме этого единственного исключения, вся прочая человеческая плоть греховна?» Немного далее он добавил: «Всякий отрицающий это - отвратительный еретик». Здесь он ясно указал, что Мария была зачата в первородной похоти, добавив: «Отсюда ясно, что эта похоть, через которую Христос не пожелал быть зачатым, стала источником распространения зла в человеческом роде. Ибо тело Марии, хотя оно и произошло от похоти, все же не передало ее в Тело [Христа], поскольку она зачала Его не в похоти».
3. Бернар также сказал: «За исключением Человека Христа, для всех справедливо смиренное исповедание: "Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя"».
Таково было мнение древней и более чистой Церкви, наставленной яснейшими свидетельствами Писания. И [Петр] Ломбардский заметил, кн. 3, раздел 3: «Возможно утверждение и принятие на веру компромиссного мнения, согласующегося со свидетельствами святых, что прежде плоть Слова была подчинена греху, как и остальная плоть Девы, но затем она была так очищена действием Святого Духа, что освободясь от всякой заразы, соединилась со Словом». Следовательно, во времена [Петра] Ломбардского представление о непорочном зачатии Марии еще не было известно.
4. Но пусть читатель рассмотрит, что происходит, если человек, пусть даже и при некоторой видимости благих намерений, хоть немного отступает от свидетельств Писания. Ибо [Петр] Ломбрадский, начав рассуждения со слов Августина, оставил Слово Божие и предположил, дескать, поскольку Мария зачала Христа от Святого Духа, могло бы быть и так, что она тоже полностью очистилась и освободилась от всякого греха, даже от его следов. Однако последователям [Петра] Ломбардского этого оказалось мало, пойдя дальше, они принялись утверждать, что Мария, хотя она и была зачата в первородном грехе, затем освятилась во чреве и родилась без греха. И хотя это нельзя доказать никаким свидетельством Писания, сначала в качестве вполне приемлемого мнения была выдвинута апокрифическая история о рождестве Марии, которую теперь можно найти в Протоевангелии Иакова, но позднее эта точка зрения была одобрена как каноническая истина. А когда границы Писания оказались уже нарушены в двух вопросах, касающихся Девы Марии, некоторые начали утверждать в школах, что также и Дева Мария
344 Исследование Тридентского собора
была зачата без первородного греха. Позднее защитником такого мнения стал [Дуне] Скот. Но они не могли подтвердить этого ни единым свидетельством Слова Божия. Более того, они и не пытались этого делать, рассуждая от возможного, дескать, Христос был способен сохранить Свою Матерь при самом ее зачатии от всякого заражения первородным грехом, и якобы это согласуется с честью и достоинством Матери Господней.
Но многие богословы, как, например, Фома [Аквинский], Бонавентура, Григорий из Римини и другие, уже тогда воспротивились этому мнению, ибо оно не только было утверждено без Слова Божия и свидетельств древности, но и противоречило ясным указаниям Писания. Постепенно кое-где начали вводить праздник Зачатия Богородицы. Однако несогласных было много, как о том свидетельствует глосса De consecratione, раздел 2, глава, начинающаяся словом Provocandum. Дело сопровождалось горячими спорами, и не только в школах, но и в обращенной к народу проповеди, причем одна сторона боролась, используя свидетельства Писания и мнения древности, тогда как вторая рассуждала на основании достоинства и совершенства прерогатив Марии, вместо доказательств выставляя откровения, чудеса и тому подобное.
Наконец, в 1483 г. папа римский Сикст вмешался своей властью. Но каким именно образом? Желал ли он, чтобы вопрос решился на основе Писания? Ни в коем случае! Поскольку решения Римской церкви и Апостольского престола еще не было, оба мнения высказывались вполне свободно, так что ни одна из сторон не осуждалась и не была обвинена в ереси. Однако папа недвусмысленно указал, чьему мнению он отдавал предпочтение. Поскольку Римская церковь в то время отмечала праздник Зачатия Богородицы, он постановил, что никто не должен порицать того мнения, на основании которого был установлен этот праздник, то есть что Мария была зачата без первородного греха. Ибо уже ранее, в 1466 г., когда была предложена большая распродажа индульгенций, он постановил, что праздник чудесного зачатия Девы Богородицы должен соблюдаться всеми верными с применением церемонии, подразумевающей, что она была зачата без первородного греха. А в 1439 г. Базельский собор на 36-й сессии постановил, что мнение об изначальном отсутствии у Марии первородного греха, об изначальной ее
О зачатии пресвятой Девы
345
свободе от всякой первородной и личной вины должно быть принято всеми католиками и что с тех пор никто не мог проповедовать или учить иначе.
Я рассмотрел здесь все это, дабы стало совершенно ясно, что выражает приложение к Тридентскому постановлению, как бы между прочим упоминающее, дескать, относительно зачатия Девы Марии следует соблюдать постановления Сикста IV. Во-первых, всякий свободен мыслить вне, за пределами и в противоречии со Словом Божиим относительно вопроса о том, была ли пресвятая Дева Мария зачата без первородного греха. Во-вторых, мнение, что она была вполне сохранена от заражения первородным грехом при своем зачатии и рождении, следует основывать не на Писании. В-третьих, никто не смеет говорить, что он не одобряет вполне те откровения, чудеса и прочее, на которых это мнение было основано вне Писания и вопреки ему. И в-четвертых, праздник Зачатия Богородицы следует строго соблюдать, имея папские оправдания относительно причин его установления.
5. Однако поскольку все это очень грубо, тридентские отцы стремились сохранить желаемое, но боялись выставить его напоказ. Поэтому они облекли дело в самые общие формы, которые все же вовсе не так темны, как это может показаться. Потому я в немногих словах представлю и объясню читателю эти общие формы. Сикст указал следующие причины, по которым следует соблюдать праздник Зачатия Богородицы. «Мария - это путь милости, матерь благодати, покровительница благочестия, утешительница человеческого рода, горячо молящаяся о спасении верных, отягченных грузом преступлений, и вечно совершающая свое заступничество перед Царем, Которого она родила. Потому мы и полагаем необходимым соблюдение всеми верными праздника ее чудесного зачатия, дабы таким образом они становились в большей степени подвержены благодати через заслуги и заступничество Девы. И мы постановляем, что принимающие участие в празднике обретают то же снисхождение и отпущение грехов, которое они обретают на празднике Тела Христова».
6. Ансельм поведал о возникновении праздника Зачатия Богородицы следующее. Когда некий аббат пребывал под угрозой кораблекрушения и усердно взывал к Марии, надежде отчаявшихся и страждущих, ему явился некий человек, посланец Марии, открывший ему, что во избежание опасности он должен пообещать праздновать день Зачатия Богородицы
346 Исследование Тридентского собора
в восьмой день декабря и проповедовать необходимость этого праздника. И Ансельм заключил: «Посему, братия, если желаем достичь врат спасения, будем праздновать Зачатие Матери Божией достойными службами, чтобы ее Сын благословил нас достойной наградой». Другая легенда повествует, что Мария явилась некому клирику и сказала: «Если ты будешь ежегодно торжественно отмечать праздник моего зачатия в восьмой день декабря и станешь проповедовать, чтобы все почитали этот день, то я увенчаю тебя в Царстве Единородного моего». Там же указана и причина, по которой следует отмечать зачатие Богородицы и Христа, но не зачатие других святых. «Ибо она достойна такого главенства над иными святыми, потому что иные святые освящены и соделаны блаженными через нее. Ибо Христос зовется Святым из святых, а она - Святою святых. Станем же праздновать ее зачатие достойными торжествами, чтобы через ее заслуги и молитвы освободиться нам от мирских тревог, от всякого зла и войти в райское блаженство». К легенде добавлены различные чудеса, через которые сама Мария подтвердила убеждение, что она была зачата без первородного греха и что она карает множеством странных способов тех, кто, за исключением одного Человека, Иисуса Христа, придерживаются всеобщего определения Писания: «Во грехе зачала меня мать моя»75.
7. Все это и многое другое содержится в приложении к тридентскому постановлению, повелевающем соблюдать установления Сикста IV. И я думаю, что некоторые из тридент-ских отцов, побуждаемые стыдом, не желали, чтобы такие вещи назывались прямо по имени. Однако желая сохранить и укрепить эти установления, они сочли за благо облечь их в самые общие формы, которые я счел необходимым кратко открыть читателю.
8. Если кто-либо пожелает узнать суждение Тридентского собора о зачатии Марии, то, поскольку здесь упомянуты постановления Сикста, может показаться, что собор допускает полную свободу мнений в данном вопросе, но слова свидетельствуют о противоположном. Ибо сказав, что Адам передал грех всему человеческому роду, они сразу же добавляют: «Однако сей же святой собор провозглашает, что в его намерения не входит включать в это постановление, посвященное первородному греху, пресвятую и непорочную Деву Марию». Но какими
75См.: Пс. 50:7. - Прим. ред.
О зачатии пресвятой Девы
347
свидетельствами они могут доказать, что Деву Марию следует исключить из ясных общих утверждений Писания о первородном грехе? Разве этому учит Святое Писание? В нем так не сказано. Может быть, древние упомянули о каком-либо предании подобного рода как о принятом от Апостолов? Ничего подобного. Вероятно, такого мнения придерживалась древняя Церковь? Или так учили отцы? И это не подтверждается. Но измышляются откровения и сочиняются чудеса. Выше мы уже показали, как на основании Писания Августин в Contra litteras Petiliani доказал, что в вопросах веры, после утверждения канона Писания, ничему помимо Писания или вопреки ему не следует верить, если в этом убеждают через откровения и чудеса. Что много таких вещей изобретено людьми. И что если даже это и не выдумка, Писание все равно удерживает нас от веры в противоречащее Слову (Втор. 13; Мф. 24:23-26; 2 Фесе. 2:2-3). Поэтому паписты, желая установить новые артикулы веры, не обращают внимания ни на Писание, ни на предания. Их единственное основание, как сказал Персии: «То, чего мы желаем, - свято». Или, как говорят канонисты: «Воля папы - его закон во всем, чего он желает».
9. Но в этом споре я ничуть не стремлюсь преуменьшить достоинство пресвятой Девы Марии. Ибо я с глубочайшим почтением принимаю то, о чем воспела она сама: «Ибо отныне будут ублажать Меня все роды; что сотворил Мне величие Сильный»76. И я полагаю, что Дева Мария по праву провозглашается пресвятою, если за нею признаются такие свойства, которые согласуются с Писанием и могут быть доказаны на его основании, дабы имя Господне пребывало свято. Никакое иное восхваление ей не угодно.
76 Лк. 1:48.
Комментарии